Сучасні тенденції розвитку держави та права україни



Сторінка16/22
Дата конвертації16.03.2018
Розмір4.38 Mb.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   22

Ключові слова: злочинність; боротьба зі злочинністю; попередження злочинності; протидія злочинності; аналіз злочинності; вплив на злочинність; відновлювальне правосуддя; віктимологічний аспект протидії злочинності.

УДК 347.78(574)




Зинченко Виктор Викторович

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПОНЯТИЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН

Понятие интеллектуальной собственности можно уяснить как из международно-правовых, так и из казахстанских национальных источников права. В той или иной степени определению сущности понятия интеллектуальной собственности посвящены статьи 14, 59, 115, 119, 125 ГК РК и Раздел V ГК РК (Особенная часть), хотя в действующем законодательстве Республики Казахстан не содержится прямого определения интеллектуальной собственности.

Среди объектов гражданских прав, перечисляемых в ст. 115 ГК, к имущественным благам и правам отнесены результаты интеллектуальной деятельности, фирменные наименования, товарные знаки и иные средства индивидуализации изделий. Одновременно в ст. 125 ГК для их обозначения используется такое собирательное понятие, как интеллектуальная собственность. В обобщенном виде содержание данного понятия раскрывается в ст. 125 ГК РК, где указывается, что в случаях и в порядке, установленных настоящим Кодексом, признается исключительное право гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной творческой деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, продукции физического или юридического лица, выполняемых ими работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания и т.п.). Более подробно право интеллектуальной собственности изложено в Разделе V ГК РК (Особенная часть).

Согласно Конвенции, учреждающей Всемирную Организацию Интеллектуальной Собственности, членом которой является Республика Казахстан, интеллектуальная собственность включает права, относящиеся к:

- литературным, художественным и научным произведениям,

- исполнительской деятельности артистов, звукозаписи, радио- и телевизионным передачам,

- изобретениям во всех областях человеческой деятельности,

- научным открытиям,

- промышленным образцам,

- товарным знакам, знакам обслуживания, фирменным наименованиям и коммерческим обозначениям,

- защите против недобросовестной конкуренции,

а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях [1, с. 363].

Вместе с тем, понятие «интеллектуальная собственность» включает в себя понятия, обозначающие ее виды, такие как «литературная собственность» и «промышленная собственность». Содержание понятия «промышленная собственность» раскрывается в Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 года [2, с. 23]. В пункте (2) статьи 1 этого международного акта («Образование Союза; понятие промышленной собственности») указывается, что «объектами охраны промышленной собственности являются патенты на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования и указания происхождения или наименования места происхождения, а также пресечение недобросовестной конкуренции».

В законодательстве СССР и союзных республик термин «интеллектуальная собственность» не использовался. Впервые он был введен в законодательную лексику Законом СССР от 6 марта 1990 года «О собственности в СССР». Пунктом 4 статьи 2 этого Закона было предусмотрено, что «отношения по созданию и использованию изобретений, открытий, произведений науки, литературы, искусства и других объектов интеллектуальной собственности регулируются специальным законодательством Союза ССР, союзных и автономных республик». Пунктом 7 постановления Верховного Совета СССР «О введении в действие Закона СССР «О собственности в СССР» Совету Министров СССР было поручено «внести в 1989 году на рассмотрение Верховного Совета СССР проекты законодательных актов СССР, регулирующих отношения по созданию и использованию изобретений и открытий, произведений науки, литературы и искусства и других объектов интеллектуальной собственности».

Данные нормы были продублированы в Законе Казахской ССР от 15 декабря 1990 г. «О собственности в Казахской ССР», в котором также предусматривалось, что «особенности осуществления права собственности на памятники истории и культуры, а также отношения по созданию и использованию изобретений, открытий, произведений науки, литературы, искусства и других объектов интеллектуальной собственности регулируются специальным законодательством Казахской ССР» (пункт 7 статьи 1). Постановлением Верховного Совета Казахской ССР «О введении в действие Закона Казахской ССР «О собственности в Казахской ССР» Кабинету Министров Казахской ССР было дано аналогичное поручение «внести в первом полугодии 1991 года на рассмотрение Верховного Совета Казахской ССР проекты законодательных актов Казахской ССР, регулирующих отношения по созданию и использованию изобретений и открытий, произведений науки, литературы и искусства и других объектов интеллектуальной собственности». Впоследствии рассматриваемое понятие в том же значении употреблялось во многих законодательных актах, в том числе и в ГК РК, который посвятил «интеллектуальной собственности» отдельную главу.

Тем не менее, независимо от того, в какой конкретной форме мы дадим определение интеллектуальной собственности, сейчас в юридической науке наметились два основных подхода к рассматриваемому понятию. Одни ученые приветствуют закрепление в законе данного понятия и не усматривают в использовании термина «интеллектуальная собственность» каких-либо элементов ненаучного подхода [3, с. 97]. По мнению других, данный термин является изначально неточным и ненаучным, в связи с чем он может применяться лишь в политических актах, но никак не в правовых нормах, имеющих практическую направленность [4, с. 3].

Такое положение вещей сложилось по причине особенности объекта регулирования и невозможности отождествления правового режима материальных и нематериальных вещей, каковыми являются по своей сути авторские произведения и различные технические новшества, с правом собственности в связи с тем, что право на творческий результат неразрывно связано с личностью изобретателя.

Чтобы разобраться в этом вопросе необходимо, хотя бы кратко, коснуться истории возникновения названных концепций. До появления права интеллектуальной собственности, в частности авторского права (конец 17 – начало 18 в.в.), право не различало вещь и выраженное в ней нематериальное благо. Вначале охранялось право на вещь (книгу), затем книга могла охраняться, но только если она появилась вместе с привилегией. Если привилегия не была получена, книга становилась общественным достоянием и подлежала свободному использованию (так же решался вопрос и относительно охраны технических новшеств). С изобретением книгопечатания появилась возможность массового распространения произведений, появились издатели, потребовавшие защиты своих интересов [5, с. 186].

Исторически авторское право возникло как право, обеспечивающее за предпринимателями монопольное право на издание и продажу произведения. Издатели, опираясь на предоставленное им право, вели борьбу с контрафакцией, то есть незаконным использованием произведений другими. Возникшее авторское право нельзя было отнести к обязательственному праву. Для всех было ясно, авторское право – абсолютное. Поэтому говорили, что собственность, приобретаемая издательством путем покупки авторских рукописей, ничем не отличается от всякого другого вида собственности. Авторскому праву (как и патентному) стали придавать вид права собственности. Это положение нашло закрепление в законодательстве (например, французский Закон об авторском праве 1793 г.) [6, с. 101-102].

Таким образом, происхождение термина «интеллектуальная собственность» обычно связывается с французским законодательством конца XVIII века. Действительно, традиция проприетарного подхода к авторскому и патентному праву родилась во Франции и опиралась на теорию естественного права, которая получила свое наиболее последовательное развитие именно в трудах французских философов-просветителей (Дидро, Руссо, Вольтер). Согласно этой теории, право создателя любого творческого результата является его неотъемлемым, природным правом, возникает из самой природы творческой деятельности и существует независимо от признания этого права государственной властью. Возникающее у творца право на достигнутый результат сходно с правом собственности, которое появляется у лица, трудом которого создана материальная вещь. Так же как и право собственности, право на результат творческой деятельности обеспечивает его обладателю исключительную возможность распоряжаться этим результатом по своему усмотрению, с устранением всех третьих лиц от вмешательства в исключительную сферу правообладателя. Следствием такого подхода стало закрепление во французском законодательстве понятий «литературная» и «промышленная собственность».

Однако вскоре было замечено, что авторское (изобретательское и т.д.) право и право собственности существенно разнятся между собой. Авторское право срочное, а право собственности бессрочно, различны и их предметы. Нематериальность предметов авторского права (интеллектуального права) обусловливала решение вопроса об охране не только имущественных, но и неимущественных интересов автора. Стали появляться другие теории, объясняющие суть авторского права: 1) личная, согласно которой государство обеспечивает проявление индивидуальности, господство над составной частью его собственной личной сферы; 2) имущественная, согласно которой авторское право ставит своей задачей защиту не самого произведения и не личных интересов, а имущественных (извлечение выгоды); 3) теория нематериального блага, которая объединяла личные и имущественные элементы в защите авторского права. Сторонники теории интеллектуальной собственности стали подчеркивать, что речь в данном случае идет о собственности особого рода, которая требует специального регулирования ввиду ее нематериального характера, поскольку объектами права собственности владельцев патентов, субъектов авторского права и товарных знаков являются неосязаемые и бестелесные вещи [7, с. 42].

В то же время противники теории права интеллектуальной собственности считают, что перечисленные выше правовые институты (авторского, патентного права и т.д.) – это не разновидности права собственности. Эти институты потому и появились и продолжают самостоятельно функционировать наряду с нормами права собственности, так как авторские отношения требуют существенно иного правового регулирования.

Нематериальное благо не может быть объектом собственности, а, следовательно, права собственности. Мысль не может составить предмет собственности ни человека, ее породившего, ни тем более других лиц. Собственность означает господство над вещью, собственник владеет, пользуется и распоряжается вещью только сам, другие от использования этой вещи устранены. Автор, обнародовавший свою мысль, перестает быть ее властелином. Произведение для того и создается, чтобы им (одним и тем же произведением) могли пользоваться одновременно многие лица, и никто при этом не становится властелином мыслей, выраженных в данном произведении. Возникает только потребность в закреплении авторства, а сама мысль становится достоянием многих. Мысли человека для одновременного их использования другими лицами могут быть выражены в публикации книги определенным тиражом.

Если собственник передает свою вещь в пользование другому, то этим фактом исключается возможность одновременного ее использования как третьими лицами, так и самим собственником. Иное положение в авторском и патентном праве. Передача произведения одной организации (лицу) не исключает возможности одновременного использования данного произведения другими лицами. Поэтому охрана интересов авторов и организаций, которым передаются произведения для использования и распространения, не может быть обеспечена нормами института права собственности. Вместе с тем автору и организации должна быть предоставлена обеспеченная законом возможность использовать произведение на условиях, юридически исключающих такую же возможность для других лиц без разрешения автора, а при определенных обстоятельствах и без согласия организации. Отсюда и вытекают существенные различия в конструировании авторских прав и правомочий собственника, которые не позволяют характеризовать авторское и изобретательское право как право интеллектуальной собственности.

Свое логическое завершение подобный подход нашел в теории интеллектуальных прав, в соответствии с которой права авторов, изобретателей, патентообладателей и т.д. должны быть признаны правами sui generis, то есть правами особого рода, находящимися вне классического деления гражданских прав на вещные, обязательственные и личные. Так, один из создателей данной теории, бельгийский юрист Пикард писал, что права на изобретение, промышленный образец и полезную модель, товарный знак, фирменное наименование т.д. составляют особую интеллектуальную собственность и право на нее существенно отличается от права собственности на вещь [8, с. 49].

По нашему мнению, понятие «интеллектуальная собственность» является условным и своего рода данью исторической традиции. Таким образом, на рассматриваемое понятие, используемое для обозначения совокупности прав, которыми обладают создатели творческих и иных интеллектуальных достижений и их правопреемники, не может распространяться правовой режим регулирования, применяемый к осязаемому имуществу.

Так как право интеллектуальной собственности является частью гражданского права, то на объекты интеллектуальной собственности распространяются личные неимущественные и имущественные права. Таким образом, предметом права интеллектуальной собственности являются не всякие отношения, возникающие в связи с созданием и использованием продуктов интеллектуальной собственности, а только такие, которые являются товарно-денежными и иными, основанными на равенстве участников, имущественные отношения, а также личные неимущественные отношения.

Творческая деятельность, приводящая к открытиям, созданию произведений науки, литературы, искусства, изобретений и других творческих результатов, относится к категории юридических поступков, под которыми понимаются действия, вызывающие гражданские права и обязанности в силу достижения определенного объективированного результата. В то время как юридические акты, в отличие от юридических поступков, характеризуются как правомерные действия, требующие непосредственного изъявления воли лица породить гражданско-правовые последствия. В литературе считается, однако, что действия по созданию произведений науки, литературы и искусства, изобретательских предложений отличаются от других правомерных юридических действий (сделок, административных актов) тем, что они вызывают наступление правовых последствий в силу определенного объективного результата, независимо от того, были ли эти действия направлены на такие последствия или нет [9, с. 175].

Представляется, что при совершении юридических поступков (например, создание произведения) для возникновения гражданских прав и обязанностей достаточно одних действий по достижению объективного результата. Но, по нашему убеждению, в этих действиях несомненно воплощается и намерение стать участником соответствующего гражданского правоотношения. В отличие от юридических поступков, требующих для возникновения гражданских правоотношений обязательного наступления объективированного результата, юридические акты способны вызывать правовые последствия одним лишь волеизъявлением (или сочетанием волеизъявления с совершением каких-либо иных действий). Так, при заключении договора литературного заказа определенные права и обязанности возникают в результате достигнутого между сторонами взаимного волеизъявления. Для возникновения же авторства на произведение и других авторских прав необходимо создание произведения. Что касается намерения стать носителем авторских прав, то оно было уже в момент заключения авторского договора. Поэтому дело не в том, что при совершении юридических поступков намерения лица вызывать определенные правовые последствия может и не быть, а в том, что такому намерению закон не придает юридического значения.

Возникает сложный вопрос, что представляют собой принадлежащие субъекту права интеллектуальной собственности: комплекс самостоятельных субъективных прав или же совокупность правомочий, образующих одно единое субъективное право? По этому вопросу нет единого мнения. Одни авторы говорят о том, что субъективное авторское право – совокупность правомочий .

Другие авторы либо вовсе не определяют своей позиции по этому вопросу, говоря об отдельных правах автора, не отмечая, идет ли речь о правомочиях или о самостоятельных субъективных правах, либо не проводят различия между субъективными правами и правомочиями. Так, В.И. Корецкий предлагает под субъективным правом понимать то, что называется правоспособностью, а субъективные права именовать правомочиями [10, с. 168].

Третьи авторы говорят с достаточной определенностью об авторском праве как о комплексе неимущественных и имущественных субъективных прав. Нормы права интеллектуальной собственности регулируют две группы отношений, достаточно связанные между собой: а) личные неимущественные и б) имущественные. Следовательно, право интеллектуальной собственности обеспечивает реализацию и охрану как личных неимущественных, так и имущественных интересов субъектов права интеллектуальной собственности. Причем является признанной возможность самостоятельной реализации и охраны личных неимущественных интересов. С появлением, например, произведения возникает не одно единое авторское отношение, а комплекс общественных отношений: отношения авторства, отношения соавторов между собой, отношения, связанные с обнародованием произведения, его использованием и распространением, переводом на другие языки. Эти отношения регулируются нормами права, приобретая характер определенных правоотношений (абсолютных или относительных), в каждом из которых управомоченный является носителем определенного субъективного личного неимущественного или имущественного интереса.

Если исходить из того, что право авторства, право на опубликование, воспроизведение и распространение произведения, право на неприкосновенность, право на перевод, право на вознаграждение – это правомочия, образующие в своем единстве содержание субъективного авторского права, то придется признать, что данное субъективное право возникает в ненаполненном содержании. Известно, возникновение права на вознаграждение связывается с наступлением факта использования произведения. В соответствии со ст. 962 ГК РК «права на объекты интеллектуальной собственности возникают в силу факта их создания». Некоторые авторы указывают, что право на вознаграждение возникает в момент создания произведения и, таким образом, является абсолютным правом. Так, Э.П. Гаврилов полагает, что право на авторское вознаграждение является составной частью каждого правомочия по использованию произведения и возникает это право в момент возникновения авторского правомочия в целом, то есть в момент создания произведения [11, с. 138].

Для признания субъективного авторского права за автором достаточно одного только факта создания произведения, определенным образом выраженного вовне. Никакой регистрации или иного документирования этого факта не требуется. Авторское произведение строго индивидуально, повторение его другим лицом без прямого заимствования невозможно, а потому и нет надобности в регистрации, которая имела бы смысл лишь при отсутствующей в этом случае угрозе повторения [12,с. 23].

С момента создания произведения (то есть производства товара, потребительской стоимости) автор вступает в отношения со всеми иными лицами. Отношение автора к продукту своего труда «как к своему», возможно лишь при отношении всех иных лиц к тому же продукту «как к чужому». В этом смысле экономические отношения, связанные с созданием произведения, мало чем отличаются от отношений, связанных, например, с созданием вещи. Поэтому наделение автора правом использовать данное произведение определенными способами происходит одновременно с запрещением всем иным лицам использовать данное произведение теми же способами [13, с. 3].

В данном случае речь идет об исключительных правах на объекты интеллектуальной собственности. Что касается самого термина «исключительные права», то его смысл и суть понимаются неоднозначно. Согласно ст. 964 ГК РК «исключительным правом на результат интеллектуальной творческой деятельности или средство индивидуализации признается имущественное право их обладателя использовать объект интеллектуальной собственности любым способом по своему усмотрению», таким образом, за автором законодательно закрепляется исключительное право на использование объекта интеллектуальной собственности любым угодным ему способом. Исключительный характер права авторства ни у кого не вызывает сомнений. Сомнения вызывают другие права автора. Обычно говорят, что автор (обладатель права интеллектуальной собственности) ничем не отличается от других субъектов гражданского права, которые также осуществляют принадлежащие им права по своему усмотрению. Но если в этом видеть свойство исключительности, тогда действительно всякое субъективное право обладает этим свойством, и право авторства (право интеллектуальной собственности) не должно быть выделяемо.

С другой стороны, самым главным правомочием имущественного характера является исключительное право владельца объекта интеллектуальной собственности использовать данный объект по своему усмотрению в пределах, предоставляемых нормативными актами. Исключительное право, предоставляемое владельцам любых объектов интеллектуальной собственности, является правомочием, объединяющим разнородные по своей сути группы результатов творческой деятельности и средств индивидуализации в единую категорию объектов права интеллектуальной собственности. Набор и объем правомочий субъекта исключительного права на объект интеллектуальной собственности сходен или даже, можно сказать, подобен объему правомочий субъекта права собственности. Правомочия по исключительному праву как бы усечены и сведены лишь к одной категории – использованию объекта. Для более четкого и правильного понимания термина «исключительное право» необходимо обратиться к правомочиям субъекта традиционного объекта собственности – вещи (например, дома, автомобиля, одежды и пр.). По статье 188 ГК РК собственнику вещи принадлежит право владения, пользования и распоряжения. Применительно к объекту интеллектуальной собственности эти правомочия приобретают определенную специфику. Так, если вещью пользуется собственник или управомоченные им лица, то материализованной идеей – объектом интеллектуальной собственности – имеют возможность пользоваться миллионы людей, неограниченный круг лиц. Владеет (имеет в своем обладании) вещью собственник, а в отношении объекта интеллектуальной собственности это правомочие вообще теряет смысл – невозможно монопольно обладать уже высказанной идеей. Распорядившись вещью (например, продав ее), собственник теряет вещь и получает взамен деньги или другую вещь. Отчуждая же право на объект интеллектуальной собственности, собственник оставляет за собой право произвести бесчисленное множество таких отчуждений, а также может продолжать пользоваться объектом интеллектуальной собственности. Для отличия правомочий субъекта права интеллектуальной собственности от традиционных прав собственника вещи и был придуман термин – «исключительное право» [14, с. 12].

Наряду с исключительным правом законодательно определено неисключительное право. Неисключительное право – это право, когда одновременно с обладателем авторского права и смежных прав другое лицо может использовать произведение, имея на то соответствующее разрешение автора. Авторский договор о передаче неисключительных прав разрешает пользователю использование произведения наравне с обладателем исключительных прав, передавшим такие права, и (или) другим лицам, получившим разрешение на использование этого произведения таким способом. Права, передаваемые по авторскому договору, считаются неисключительными, если договором не предусмотрено иное.

В заключение, подводя итог сказанному, можно отметить, что и казахстанское законодательство, и международные соглашения понимают под интеллектуальной собственностью совокупность исключительных прав как личного, так и имущественного характера на результаты интеллектуальной (творческой) деятельности, а также на некоторые приравненные к ним объекты, конкретный перечень которых устанавливается законодательством соответствующей страны с учетом международных соглашений, в которых она участвует.

Литература:


  1. Конвенция, учреждающая Всемирную организацию Интеллектуальной Собственности. – Подписана в Стокгольме 14 июля 1967 года и изменена 2 октября 1979 года. – Конвенция ратифицирована Указом Президента Верховного Совете СССР от 19 сентября 1968г. – Ведомости Верховного Совета СССР. – 1968г. №40, ст. 363

  2. О присоединении СССР к Парижской конвенции по охране промышленной собственности. Постановление Совета Министров СССР от 8 марта 1965г., №148. СП СССР. – 1965г, №4, ст.23

  3. Право и собственность в Республике Казахстан. – Алматы «Жеті – Жаргы», 1998г. – с. 97

  4. Гражданское право. Учебник ч.3 /Под. ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого, –М.: Проспект, 1998г. – с.3

  5. А.К. Юрченко О природе авторского права. – В сб.: Проблемы гражданского права/Под. ред. Ю.К. Толстого, А.К. Юрченко, Н.Д. Егорова. – Л.: ЛГУ, 1987. – с.186

  6. Шершеневич.Ф. Авторское право на литературные произведения. – Казань, 1891. – с. 101 – 102.

  7. Розенберг П. Основы патентного права США. – М., 1979. – с. 42.

  8. Urbaneta Mariano Uzcatequi. Propiedad industrial. – Caracas, 1970 – p.49

  9. Кечекьян С. Р. Правоотношения в социалистическом обществе. – М., 1958. – с.175

  10. Корецкий В.И. Авторские правоотношения в СССР. – Душанбе, 1959. – с.168

  11. Гаврилов Э.П. Советское авторское право. – М., 1984. – с. 138

  12. Иоффе О.С. Основы авторского права. Авторское, изобретательское право, право на открытие. – М; «Знание», 1969. – с.23.

  13. Ихсанов Е.У. Имущественный характер авторского// Юридическая газета. – 1999г. – 17 ноября – с.3

  14. Каудыров Т.Е. Право интеллектуальной собственности: Учебное пособие. – Алматы: «Жеті – Жаргы», 1999. – с.12


АНОТАЦІЯ

На підставі нормативних актів, які виступають джерелами цивільного права Республіки Казахстан та міжнародних конвенцій, формулюється дефініція та визначаються адитивні ознаки інтелектуальної власності. Історіографічною підвалиною дослідження виступили нормативні акти радянської доби, в яких були закладені основні ознаки інтелектуальної власності сьогодення. В роботі проводиться аналіз репрезентативних елементів права інтелектуальної власності, зокрема авторського права. В роботі продовжена дискусія відносно можливості або неможливості відношення права інтелектуальної власності до права власності взагалі.



Ключові слова: інтелектуальна власність; промислова власність; право інтелектуальної власності; авторське право; суб’єктивне авторське право.

УДК 342.8+340.5




Игнатов Александр Вячеславович

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ НЕКОТОРЫХ ПОЛОЖЕНИЙ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ВЫБОРАХ В ПАРЛАМЕНТЫ РОССИИ И УКРАИНЫ

В прошедшем 2007 году состоялись выборы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации и Верховной Рады Украины. Причем, если для России это были первые выборы после перехода на избрание всех депутатов нижней палаты парламента по пропорциональной системе, то для Украины прошедшие выборы были вторыми по такой системе. В связи с этим представляет интерес сравнительный анализ отдельных положений избирательного законодательства двух государств.

Отметим, что правовое регулирование выборов депутатов Верховной Рады Украины осуществляется Законом Украины «О выборах народных депутатов Украины от 25 марта 2004г. №1665-IV в редакции Закона от 7 июля 2005г. №2777-IV с последующими изменениями и дополнениями, а выборов депутатов Государственной Думы – Федеральным законом «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 18 мая 2005г. №51-ФЗ с последующими изменениями и дополнениями. Рассмотрим основные особенности указанных законов.

В первую очередь, с точки зрения хронологии избирательного процесса, обращают на себя внимание различные подходы законодателей двух государств к определению юридических оснований начала избирательной кампании. В Российской Федерации таковым, по общему правилу, является указ Президента Российской Федерации о назначении выборов депутатов Государственной Думы – специальный правовой акт, издаваемый главой государства в установленный законом срок. В то же время, законодательство Украины не предусматривает института назначения выборов посредством принятия специального решения Президентом Украины, иным должностным лицом или органом государственной власти в отношении очередных выборов, т.е. выборов, которые проводятся в связи с истечением срока полномочий Верховной Рады Украины. Очередные выборы проводятся в четко определенный день – последнее воскресенье марта последнего года полномочий Верховной Рады, при этом избирательный процесс на очередных выборах начинается за 120 дней до дня голосования, о его начале объявляет ЦИК не позднее чем за 125 дней до дня голосования. Так, например, Постановлением ЦИК Украины от 18 ноября 2005г. №145 «О начале избирательного процесса очередных выборов депутатов Верховной Рады Украины 26 марта 2006г.» объявлено о его начале 26 ноября 2005г. (речь идет о выборах Верховной Рады пятого созыва). Следует отметить, что эволюция российского законодательства также идет по пути сокращения степени усмотрения главы государства при назначении выборов: так, в последней редакции Федерального закона о выборах четко установлен день, на который назначается голосование на таких выборах – первое воскресенье месяца, в котором истекает конституционный срок, на который была избрана Государственная Дума предыдущего созыва. Вместе с тем, Президент Российской Федерации по действующему законодательству вправе подписать указ о назначении выборов в двадцатидневный период (не ранее чем за 110 и не позднее чем за 90 дней до дня голосования), при этом начало избирательной кампании и сроки выдвижения списков кандидатов исчисляются со дня официального опубликования такого указа. Предусмотренный же Законом Украины порядок, по сути, исключает какую-либо политическую составляющую в вопросе о сроке начала избирательной кампании при проведении очередных выборов. Институт назначения выборов парламента главой государства, сохранившийся с эпохи становления парламентаризма в монархических государствах, когда такое назначение представляло собой своего рода разрешение монарха на избрание парламента, на наш взгляд, не полностью вписывается в республиканскую форму правления и, как представляется, должен уйти в историю и в России, особенно после четкого определения в законе дня голосования.

Отличительной особенностью украинского законодательства является четкая классификация избирательных участков, которые могут создаваться с числом избирателей от 20 до 2500 (в то время, как в России до 3000 человек), по двум основаниям:

1. по типу – на обычные (для голосования по месту жительства), специальные (для голосования в больницах, на судах, находящихся в плавании, на полярных станциях, в учреждениях уголовно-исполнительной системы и в других местах временного пребывания избирателей с ограниченными возможностями передвижения) и заграничные. Голосование на участках последних двух категорий организуется с рядом особенностей;

2. по численности избирателей – на малые (до 500 избирателей), средние (от 500 до 1500) и большие (более 1500). Данной классификации корреспондируют установленные Законом нормативы по площади помещения для голосования, которая должна быть не менее 50, 75, 90 кв.м, а в случае отсутствии такого помещения в границах избирательного участка может быть сокращена с разрешения ОИК не более чем на 50%, по количеству стационарных избирательных урн (ящиков для голосования) – не менее 2, 3 и 4, по количеству членов УИК – 10-18, 14-20 и 18-24 соответственно. Установленные законом нормативы позволяют создать максимально благоприятные условия для реализации гражданами своих избирательных прав и для осуществления избирательными комиссиями своих функций. Однако, Закон не предусматривает ситуации, когда на территории избирательного участка отсутствует и помещение, использование которого допустимо по решению ОИК.

Следует обратить внимание на существенно отличающийся от российского порядок формирования окружных и участковых избирательных комиссий: в их состав в обязательном порядке включатся по одному представителю от партий и блоков, имеющих фракции Верховной Раде Украины, а также по одному представителю от других партий и блоков – субъектов избирательного процесса, которые определяются из представленных кандидатур посредством жеребьевки. Кроме того, должности председателей, их заместителей и секретарей комиссий соответствующего уровня распределяются между соответствующими партиями на пропорциональной основе. В Российской Федерации в известной степени гарантированное представительство в избирательных комиссиях имеют только политические партии, имеющие фракции в представительных органах, полномочия которых распространяются на территорию деятельности избирательной комиссии. Предусмотренный в Украине порядок, безусловно, обеспечивает более представительный характер избирательных комиссий, однако создает предпосылки для снижения их профессиональных качеств, т.к. не все представители партий имеют соответствующий опыт.

Правом выдвигать списки кандидатов в Российской Федерации наделены только политические партии, зарегистрированные и отвечающие требованиям закона на момент начала избирательной кампании, а в Украине – политические партии, зарегистрированные не позднее чем за один год до дня голосования, и избирательные блоки, состоящие из партий, каждая из которых зарегистрирована в тот же срок. При этом в Украине юридически право выдвижения списков кандидатов принадлежит гражданам Украины, имеющим право голоса, но реализуется ими через партии и блоки.

В Российской Федерации создан уникальный механизм обеспечения реализации гражданами Российской Федерации, обладающими пассивным избирательным правом и не являющимися членами политических партий: такой гражданин не позднее чем через три дня со дня официального опубликования (публикации) решения о назначении выборов вправе обратиться в любое региональное отделение любой политической партии с предложением включить его в федеральный список кандидатов, выдвигаемый этой политической партией; в случае поддержки этой кандидатуры не менее чем десятью членами политической партии, которые состоят в данном региональном отделении, она должна быть рассмотрена на конференции (общем собрании) регионального отделения политической партии при решении вопросов, связанных с участием политической партии в выборах.

Для регистрации списка кандидатов в Российской Федерации предусмотрены три основания, два из которых можно назвать основными или универсальными: подписи избирателей в количестве не менее 200 тысяч (а при досрочных выборах – не менее 100 тысяч), из которых проверяется не менее 20%, а основанием для отказа в регистрации является выявление среди них 5% и более недействительных и недостоверных подписей, и избирательный залог в размере 60 млн рублей, который возвращается в случае получения списком кандидатов не менее 4% голосов избирателей или допуска к распределению мандатов, а также одно специальное – политическая партия, федеральный список кандидатов которой допущен к распределению депутатских мандатов на последних, предшествующих данным выборах депутатов Государственной Думы, вправе не собирать подписи избирателей и не вносить избирательный залог для регистрации выдвинутого ею федерального списка кандидатов, ее список кандидатов регистрируется автоматически. Законодательством Украины предусмотрено единое для всех партий и блоков условие регистрации – внесение денежного залога в размере 2 тысяч минимальных размеров заработной платы (700 тысяч гривен или около 3,5 млн рублей), который возвращается в случае, если партия (блок) приняла участие в распределении мандатов, т.е. получила не менее 3% голосов избирателей. Таким образом, отсутствие возможности сбора подписей или какой-либо другой альтернативы избирательному залогу как условию регистрации списка кандидатов в Украине компенсируется существенно меньшим, по сравнению с Россией, размером избирательного залога.

Интересным представляется решение некоторых вопросов, связанных с формированием избирательных фондов, через которые осуществляется финансирование избирательных кампаний партий. Так, в ранее действовавшем российском избирательном законодательстве использовался принцип, предполагающий открытие одного специального избирательного счета для формирования избирательного фонда, реализация которого в общегосударственном масштабе вызывала целый ряд организационных трудностей, для устранения которых новой редакцией Федерального закона о выборах предусмотрена возможность создания на выборах депутатов Государственной Думы в дополнение к избирательному фонду политической партии избирательных фондов ее региональных отделений. При этом избирательные фонды региональных отделений не являются частями избирательного фонда партии. В отличие от этого, в законодательстве Украины использован своего рода промежуточный вариант, который можно определить как принцип первоначального аккумулирования всех средств избирательного фонда на одном счете: избирательный фонд в обязательном порядке имеет один накопительный счет, на который поступают все средства для финансирования избирательной кампании, а также текущие счета, с которых осуществляется финансирование соответствующих расходов. При этом средства на текущие счета могут поступать только с накопительного счета. Количество текущих счетов и места их открытия определяется партией самостоятельно с учетом единственного ограничения – не более одного на территориальный избирательный округ, т.е. не более 225 счетов. Такая система, в частности, позволяет обеспечить удобство осуществления расходных операций из средств избирательного фонда, с одной стороны, и обеспечить абсолютное равенство возможностей политических партий, имеющих разное количество региональных отделений.

Особенностью законодательства Украины является правовое регулирование некоторых вопросов, связанных с подкупом избирателей. Так, косвенным подкупом избирателей признается предвыборная агитация, сопровождаемая предоставлением избирателям, заведениям, учреждениям, организациям денежных средств либо бесплатно или на льготных условиях товаров (кроме товаров, содержащих визуальные изображения названия, символики, флага партии, стоимость которых не превышает 3% минимального размера заработной платы, т.е. 10,5 гривен или 55 рублей), услуг, работ, ценных бумаг, кредитов, лотерейных билетов, других материальных ценностей, а также их предоставление, сопровождаемое призывами или предложениями голосовать или не голосовать за определенную партию или упоминанием названия партии или имени кандидата. Необходимо отметить, что впервые в украинском законодательстве предусмотрена максимальная стоимость товара, передача которого не считается подкупом. Такое исключение из общего запрета передачи избирателям материальных ценностей представляется более удачным, по сравнению с действующим в России разрешением распространять печатные материалы и значки, специально изготовленные для избирательной кампании, по которому подкупом признается передача избирателям целлофановых пакетов, флажков, воздушных шариков и не признается передача дорогостоящих книг, календарей, ежедневников и т.п. Полагаем, что при совершенствовании российского законодательства следует вернуться к вопросу стоимостного ограничения в отношении материальных ценностей, передача которых является подкупом избирателей.

Также интересным, хотя и не бесспорным, является признание украинским законодателем проведения концертов, выставок, спортивных соревнований, демонстрации фильмов в поддержку партии, а также обнародование информации о такой поддержке, одной из форм предвыборной агитации. Данная норма исключает признание указанных мероприятий, в т.ч. бесплатных для избирателей, подкупом избирателей. В России же при отсутствии прямого законодательного запрета на проведение указанных мероприятий сложилась противоречивая судебная практика: в ряде случаев бесплатные концерты, например, признаются одной из иных (прямо не предусмотренных, но допускаемых законом) форм предвыборной агитации, а в других случаях бесплатным оказанием избирателям платных услуг и, соответственно, подкупом избирателей.

Необычным для государств – участников СНГ является включение в перечень запретов при проведении предвыборной агитации, наряду призывами к насильственному изменению конституционного строя, нарушению территориальной целостности государства, пропагандой войны и т.п., призывов к ликвидации независимости Украины, причем независимо от того, насильственным или иным незаконным либо признанным международным сообществом и законным путем (например, проведение общенационального референдума). В связи с этим ограничение в такой формулировке сложно признать правомерным.

Различен в двух государствах и порядок отказа в регистрации и отмены регистрации списков кандидатов. Так, если в Российской Федерации предусмотрены оба этих института как следствие нарушений со стороны политической партии в целом, ее доверенных лиц и уполномоченных представителей, а также как следствие отмены регистрации определенного числа кандидатов вследствие их индивидуальных нарушений законодательства, то в Украине отказ в регистрации и отмена регистрации всех кандидатов, включенных в список партии (аналог отказа в регистрации, отмены регистрации списка кандидатов в России), предусмотрены исключительно в случае, если после отказа в регистрации кандидатам, отмены регистрации кандидатов из такого списка число кандидатов в нем останется меньше минимального числа кандидатов – 18. Возможно, справедливо, что правонарушения одного или нескольких кандидатов, независимо от их места в списке, не являются основанием для отмены регистрации списка в целом. Однако, учитывая, что партия вправе выдвинуть в составе списка до 450 кандидатов, отмена регистрации списка представляется крайне маловероятной. В связи с этим указанная норма вряд ли создает надежный механизм защиты прав других субъектов избирательного процесса в случае нарушения со стороны кандидатов одной из партий. При этом основанием отмены регистрации кандидата является повторное совершение им деяния, за которое ему было вынесено предупреждение, которое, в свою очередь, выносится Центральной избирательной комиссией в пяти случаях, четыре из которых требуют предварительного установления факта решением суда. В Российской Федерации достаточно однократного нарушения, предусмотренного законом в качестве основания для отмены регистрации кандидата, но решение об отмене регистрации вправе принять только суд по заявлению Центральной избирательной комиссии или другой политической партии.

Законодательством Украины предусмотрено назначение наблюдателей от партий и блоков – субъектов избирательного процесса, от общественных организаций, одной из целей деятельности которых является наблюдение за выборами, зарегистрированных в установленном порядке не позднее чем за 2 года до дня голосования – с разрешения ЦИК Украины по обращению организации, а также от иностранных государств и международных организаций. Вместе с тем для каждой из указанных категорий предусмотрено предварительная регистрация окружной избирательной комиссией или ЦИК Украины. В Российской Федерации же отсутствует право на назначение наблюдателей у общественных объединений (за исключением политических партий, выдвинувших федеральные списки кандидатов). Вместе с тем, украинское законодательство не предусматривает института членов избирательных комиссий с правом совещательного голоса, который активно применяется в России, где каждая политическая партия вправе назначить по одному такому члену в каждую избирательную комиссию, участвующую в подготовке и проведении выборов. Кроме того, российское законодательство не предусматривает предварительной регистрации или уведомления соответствующей либо вышестоящей избирательной комиссии при отношении наблюдателей от политических партий: он вправе явиться в участковую избирательную комиссию в любое время в установленный законом период осуществления наблюдения и приступить к осуществлению своих полномочий после предъявления направления и документа, удостоверяющего личность.

Представляет интерес, с точки зрения совершенствования российского законодательства, право международных наблюдателей образовывать вместе с другими наблюдателями от иностранных государств, международных организаций по согласованию с ЦИК Украины временные группы официальных наблюдателей для координации своей деятельности в рамках своих полномочий. Данное положение является правовой основой для создания так называемых миссий наблюдения, направляемых международными организациями, но не имеющих, как правило, какого-либо официального статуса в рамках законодательства государства, в котором осуществляется наблюдение. Вместе с тем, следует скоординировать данное право и последствия его реализации с положением о том, что деятельность таких наблюдателей осуществляется самостоятельно и независимо, уточнить, в какой степени оно распространяется на отношения внутри соответствующей миссии наблюдения, а также в общих чертах определить порядок образования такой группы: по она может образовываться, например, по решению организации, направляющей наблюдателей, или по соглашению наблюдателей.

Сохраняя возможность оказания помощи избирателю, не способному вследствие физических недостатков самостоятельно заполнить бюллетень, Закон Украины впервые в практике государств – участников СНГ в целях обеспечения голосования избирателей с недостатками зрения предусматривает обязанность ЦИК изготовить рельефно-точечным способом (по методу Брайля) и предоставить УИК трафареты для бюллетеней из расчета по два трафарета на обычный избирательный участок. Очевидно, что для реализации принципов всеобщего и равного избирательного права целесообразно рассмотреть возможность введения аналогичной нормы и в России.

Следствием изменений, внесенных в украинское избирательное законодательство в ходе «оранжевой революции» является достаточно сложный порядок голосования по открепительным удостоверениям. Такое удостоверение выдается избирателю двумя членами УИК по письменному заявлению с указанием причины, по которой он не может проголосовать по месту жительства, и номера округа, в котором он намерен проголосовать, поданному не позднее 20 часов последней пятницы перед днем голосования. Отметка о выдаче открепительного удостоверения проставляется в списке избирателей и в документе, удостоверяющем личность избирателя. Избиратель вправе проголосовать по открепительному удостоверению только на избирательном участке, специально определенном для этих целей ОИК из расчета один избирательный участок на территории каждого округа, образованного на территории большого города, либо по одному избирательному участку на территории каждого города областного значения, районного центра, а также курортных местностях, входящих в состав округа. Для этого ему необходимо обратиться не позднее 12 часов последней субботы перед днем голосования в ОИК с заявлением, в котором указать избирательный участок из числа определенных ОИК, на котором он намерен проголосовать, предъявив открепительное удостоверение и документ с отметкой о его выдаче, на основании которых избиратель включается членами ОИК в соответствующий список. Усложненная процедура привела к тому, что на выборах депутатов Верховной Рады пятого созыва в 2006 году лишь каждый третий избиратель, получивший открепительное удостоверение, получил по нему избирательный бюллетень, т.е. прошел указанную процедуру полностью. Российское же законодательство напротив предусматривает предельно простую процедуру: получив открепительное удостоверение на своем избирательном участке, избиратель вправе проголосовать по нему на любом избирательном участке, явившись туда непосредственно в день голосования. Полагаем, что реализуя свою обязанность по созданию гарантий проведения нефальсифицированных выборов, государство должно учитывать и необходимость обеспечения всеобщего избирательного права как одного из основополагающих принципов демократических выборов, а при установлении порядка реализации права иметь ввиду, что он не должен своей сложностью делать невозможной или необоснованно трудной реализацию права. В связи с этим украинскому законодателю целесообразно вернуться к рассмотрению вопроса об упрощении порядка голосования по открепительным удостоверениям.

Различный в двух государствах и порядок внесения изменений в список избирателей. Согласно законодательству Украины, без решения суда или ОИК допускается лишь исправление неточностей и технических ошибок в списке избирателей, исчерпывающий перечень которых установлен Законом и включает неправильное написание фамилии, имени, отчества, даты рождения, номера дома, квартиры, в случае если, несмотря на такие технические описки, понятно, что в список внесен именно тот избиратель, который прибыл на избирательный участок, в случае обращения избирателя не позднее чем за 2 дня до дня голосования. При этом установлен абсолютный запрет на внесение изменений позднее указанного срока. Учитывая, что правом на ознакомление со списком избирателей и уточнение данных о себе, как правило, пользуется крайне незначительная часть граждан, запрет внесения изменений в списки избирателей в день голосования, в т.ч. на основании решения суда, на наш взгляд, не гарантирует реализацию принципа всеобщего избирательного права. В России же, наоборот, предусмотрен максимально упрощенный порядок: каждый избиратель вправе потребовать внесения изменений в сведения о себе в списке избирателей и вправе потребовать включения себя в список избирателей на соответствующем избирательном участке, в т.ч. в день голосования, предъявив участковой избирательной комиссии документ, подтверждающий соответствующие сведения, т.е. паспорт. Обращения в суд или вышестоящую комиссию для этого не требуется (за исключением случаев обжалования отказа участковой избирательной комиссии в удовлетворении соответствующего заявления избирателя).

Одним из последствий «оранжевой революции» в избирательном законодательстве Украины является обновленный механизм голосования вне помещения для голосования. Законом четко ограничен круг лиц, которые вправе воспользоваться возможностью такого голосования: это избиратели, которые внесены в список на избирательном участке, но по возрасту, в связи с инвалидностью или по состоянию здоровья не способны передвигаться самостоятельно. Кроме того, такие избиратели разделены на 2 категории: постоянно и временно не способные самостоятельно передвигаться. В отношении первой категории в списке избирателей проставляются специальные отметки; они автоматически включаются в извлечение из списка для голосования вне помещения для голосования, если до 12 часов последней субботы перед днем голосования не сообщили в УИК о желании проголосовать в помещении для голосования. Избиратели, относящиеся ко второй категории, включаются в такое извлечение на основании письменного заявления и документа, удостоверяющего факт неспособности передвигаться самостоятельно, представленных в УИК не позднее 20 часов последней пятницы перед днем голосования. Такое упорядочение голосования вне помещения для голосования представляет интерес и для России, где также можно было бы установить дифференциацию для разных категорий избирателей и скорректировать существующий в настоящее время порядок, при котором каждый избиратель на каждых выборах должен обращаться в УИК с соответствующей просьбой в УИК лично или через другого избирателя. Вместе с тем, для повышения эффективности посещения членами УИК избирателей первой категории в Украине целесообразно проработать механизм уточнения их желания проголосовать.

Нельзя не отметить положение украинского законодательства об изготовлении бланков протоколов УИК типографским способом по заказу ЦИК по 100 экземпляров на каждую УИК и нумерации их предприятием-изготовителем. Протокол в установленном количестве экземпляров, копии протокола изготавливаются с использованием таких бланков, копии выдаются по акту с указанием лица, получившего копию, номера бланка, даты и времени получения копии и проставляется подпись этого лица, что позволяет существенно упростить решение вопроса о подлинности копии протокола при возникновении соответствующих споров, а также саму выдачу копий наблюдателям. Законодательство России предусматривает лишь составление реестра выдачи копий протоколов, в котором расписываются лица, получившие копии, сам же протокол, как и его копии, изготавливается на обычной бумаге, не имеющий каких-либо степеней защиты или отличительных признаков.

Особенностью избирательного законодательства Украины также является возможность обжалования в установленном им порядке решений, действий и бездействия средств массовой информации, их должностных или служебных лиц, творческих работников. Такая возможность повышает, по сравнению с предусмотренным в России оспариванием в порядке искового производства или производства по делам об административных правонарушениях, срок рассмотрения заявлений по которым в рамках избирательной кампании не сокращен, эффективность и своевременность реагирования на незаконные действия СМИ. С учетом того, что споры политических партий и кандидатов со средствами массовой информации в период избирательной кампании нередки, а предметом таких споров может быть отказ в предоставлении эфирного времени и печатной площади, отказ в публикации представленного материала, защита чести, достоинства и деловой репутации и т.п., что предполагает необходимость вступления в силу решения суда до дня голосования или до окончания агитационного периода, в России также целесообразно предусмотреть возможность разрешения таких споров в сокращенные сроки.

В обоих государствах предусмотрена обязанность избирательной комиссии уведомить заявителей и иных заинтересованных лиц о времени и месте рассмотрения жалоб. При этом Законом Украины прямо предусмотрено, что такое уведомление, наряду с традиционными способами, может быть осуществлено телеграммой, факсимильным сообщением, посредством электронной почты, а также по телефону с фиксированием такого действия служебным лицом субъекта рассмотрения жалобы отдельной письменной справкой, которая приобщается к делу или протоколу. Очевидно, что в условиях избирательной кампании уведомление заинтересованных лиц традиционным способом посредством направления письменного извещения по почте не позволяет соблюсти срок рассмотрения жалобы, а личное вручение уведомления не всегда возможно. Данная же норма создает правовую основу фактически сложившейся практике уведомления заинтересованных лиц. Отсутствие аналогичного положения в российском законодательстве нередко служит поводом для обжалования решений избирательных комиссий по процессуальным основаниям. Вместе с тем, следует отметить, что некоторые избирательные комиссии в России (речь, в первую очередь, идет о постоянно действующих избирательных комиссиях) пытаются восполнить этот пробел в законодательстве посредством включения такой нормы в свои регламенты.

Избирательное законодательство Российской Федерации и практика его применения содержат более четко регулируют основания применения такой юридической меры как отмена итогов голосования, результатов выборов. Отмена результатов выборов в России представляет собой особый правовой институт, вытекающий из принципа подлинных выборов и права на судебную защиту, чем обусловливается допустимость его применения лишь в случае, если при проведении выборов не обеспечено выявление действительной и общей воли избирателей, на основе которой должны формироваться органы публичной власти. При этом судом должно быть установлено, что количество и характер нарушений не позволяют установить результаты волеизъявления избирателей (определить, состоялись ли выборы и кто из кандидатов избран) с учетом имеющейся разницы голосов, а последствия нарушений носят необратимый характер, т.е. не позволяют на момент рассмотрения заявления установить результаты выборов посредством повторного подсчета голосов или иным путем. Именно такой подход выработан судами Российской Федерации при рассмотрении аналогичных дел и мог бы успешно использоваться украинским правосудием, безусловно, с учетом особенностей правовой системы государства. Его законодательное закрепление и применение позволило бы, на наш взгляд, избежать риска принятия судами достаточно спорных решений по делам такого рода.

Проведенное исследование, безусловно, отражает лишь часть различий между избирательным законодательством России и Украины и особенностей каждого из них, представляющих, по нашему мнению, наибольший интерес при сравнительном анализе. Вместе с тем, безусловно, не являясь идеальным, каждый из двух рассмотренных законов содержит положения, которые могли бы быть приняты во внимание другим государством при совершенствовании своего законодательства, которое, как показывает практика двух государств, проводится после каждых парламентских выборов.

АНОТАЦІЯ

В роботі надається порівняльний аналіз законодавства Російської Федерації та України, на засадах якого проводилися вибори до законодавчих органів вказаних держав. Автор з застосуванням методу компаративістики порівнює юридичні засади проголошення початку виборчої компанії, порядок формування виборчих дільниць та виборчих комісій різних рівнів, складання списку виборців, які користуються пасивним виборчим правом, порядок формування і використання виборчих фондів та визначення джерел їх наповнення. Надані пропозиції щодо нормативного забезпечення протидії такому негативному явищу, як підкуп виборця.



Ключові слова: вибори; вибори до парламенту; пропорційна система виборів; списки кандидатів; виборчі фонди; виборче право; реєстрація кандидатів.

УДК 351.74(574)





Поділіться з Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   22

Схожі:

Сучасні тенденції розвитку держави та права україни icon3 Виникнення І розвиток держави І права США
Значення історії держави І права як науки та її місце її в системі юридичних дисциплін
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconКорнєєв Ю.В. ІНСТИТУТ ПОВІТРЯНОГО ЗАКОНОДАВСТВА В СИСТЕМІ ТРАНСПОРТНОГО ПРАВА.docx [биография рабиновича кандидата в президенты]
Гусарєв С. Д. Особливості розвитку сучасної юридичної науки в Україні Задорожний Ю. А. Роль принципів права у формуванні повітряного...
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconИємництва матеріали всеукраїнської студентської науково-практичної конференції «сучасні тенденції розвитку інформаційно-комунікаційного простору» київ 2017 р
...
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconФондова лекція з історії держави та права України Тема ідпу як наука та навчальна дисципліна. Державно-правовий розвиток України княжої доби Навчальний час 2 години

Сучасні тенденції розвитку держави та права україни icon"Основні школи кримінального права"
Наука кримінального права пройшла великий історичний шлях розвитку. На цьому шляху суттєво змінювалися погляди на основні категорії...
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconТеорія та історія держави І права. Філософія права Л. В. Міхневич людмила Володимирівна Міхневич
Людмила Володимирівна Міхневич, заступ­ник завідувача кафедри юридичного факульте­ту Київського національного економічного університету...
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconФундаментальні наукові дослідження з найбільш важливих проблем розвитку науково-технічного, соціально економічного, суспільно-політичного
Людського потенціалу для забезпечення конкурентоспроможності України та сталого розвитку суспільства І держави
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconЛівобережної україни
Особлива увага звертається на стан наукової розробки проблеми та її джерельну базу, тенденції в розвитку теорії І практики української...
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconПояснювальна записка морально-духовне становлення дітей, їх підготовка до активної, творчої, соціально значущої, сповненої особистісного смислу життєдіяльності є найважливішою складовою розвитку суспільства та держави
Конвенції ООН про права дитини. Закладена в них методологія виховання надає пріоритет розвиненій особистості, її життєвому й професійному...
Сучасні тенденції розвитку держави та права україни iconПрограма та плани семінарських занять з курсу "історія держави І права зарубіжних країн"
Програма та плани семінарських занять з курсу “Історія держави І права зарубіжних країн”/ укладачі


База даних захищена авторським правом ©biog.in.ua 2017
звернутися до адміністрації

    Головна сторінка