Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія



Сторінка2/17
Дата конвертації14.04.2017
Розмір2.99 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Херсонский государственный университет

У статті розкрито лінгвокогнітивні механізми формування словесного образу-метаболи у постмодерністському поетичному тексті. Доведено, що, на відміну від метафори, когнітивним підґрунтям якої є концептуальна інтеграція, в метаболі наявна концептуальна амальгама, що зумовлює ризомний характер семантичного простору словесного образу та сприяє збереженню його змісту.



Ключові слова: словесний образ-метабола, концептуальна інтеграція, концептуальна амальгама, ризома.
В статье раскрываются лингвокогнитивные механизмы формирования словесного образа-метаболы в постмодернистском поэтическом тексте. Доказано, что, в отличие от метафоры, когнитивным основанием которой является концептуальная интеграция, в метаболе присутствует концептуальная амальгама, обусловливающая ризомный характер семантического пространства словесного образа и служащая средством сохранения его смысла.

Ключевые слова: словесний образ-метабола, концептуальная интеграция, концептуальная амальгама, ризома.
This article deals with linguistic and cognitive mechanisms of metabolic verbal image formation in postmodern poetic texts. It is proved that unlike metaphor the sense formation of which is based on conceptual integration (blending), in metabolae besides blending there is conceptual amalgam that ensures rhizome character of verbal poetic image semantic space, and serves as means of storing its sense.

Key words: metabolic verbal poetic image, conceptual integration, conceptual amalgam, rhizome.
Современная когнитивная теория образности художественного текста, основанная на теории концептуальной метафоры [23; 25; 26; 27] и теории концептуальной интеграции [22], ориентирована на выявление лингвокогнитивных механизмов формирования и функционирования словесных поэтических образов (далее – СПО) в художественном тексте, на определение характера взаимодействия между языком и мышлением, выяснение того, как образ объективирует в словесных формах знание о мире.

Актуальность статьи определяется общей направленностью современной когнитивной поэтики на исследование семантики художественного текста в плоскости ментальных процессов, что помогает уточнить механизмы креативности.

В задачу статьи входит выяснение лингвокогнитивных механизмов формирования новых СПО, построенных на метаболе, трактуемой как вид особенного тропа, характерного для постмодернистской поэзии.

В исследовании исходим из того, что эволюция СПО вообще и в американской поэзии в частности, специфика их вербального оформления в современный период тесно связана с изменениями типов художественного сознания и развитием видов поэтического мышления – от синкретического мифопоэтического мышления в архаическую эпоху его становления к аналоговому и ассоциативному в канонический период развития и далее к парадоксальному, параболическому и эссеистическому поэтическому мышлению на индивидуально-творческом этапе [1, с. 3–6; 5, с. 8; 17, с. 378; 3, с. 23–25].

В русле когнитивной лингвистики СПО понимается как трёхмерная величина, инкорпорирующая предконцептуальную, концептуальную и вербальную ипостаси [3, с. 7].

Предконцептуальная сторона СПО – это смысл образа, его архетип, автоматически активируемый бессознательными когнитивными операциями [10, с. 10–13]. В контексте работы когнитивное бессознательное понимаем как предкатегориальную деятельность, возможность осуществления которой обусловлена наличием эмоциогенных предзнаний, вызванных эмоциональным опытом человека, хранящимся в коллективном бессознательном [4, с. 240; 30, с. 56–62]. Архетип является формой существования коллективного бессознательного, наполняемого содержанием в сознании через соотнесение с мифологическими образами, символами, мотивами и сюжетами [15, с. 63; 18, p. 18]. Сам по себе он еще не является образом, это только эмоциогенное предзнание, предконцептуальные импликации, вызванные бессознательной реакцией первобытного человека на тайные силы природы, неспособностью объяснить причину эмоционального состояния, обусловленного окружающей действительностью [15, с. 64, 90–98]. Аксиомой современной науки является признание единства и взаимодействия эмоции и когниции. Познание сопровождается эмоциями, в свою очередь эмоции мотивируют познание [14, с. 672]. Категоризация эмоций, концептуализация эмоционального опыта человека формирует, по В. Шаховскому, “внутренний эмоциональный лексикон”, который воспринимается как обязательная часть сложной структуры знаний, представленных в сознании [13, с. 132].

Концептуальная ипостась является когнитивным кодом СПО, отражающим обобщенное его содержание. Формирование концептуальной ипостаси СПО осуществляется через лингвокогнитивные трансформации образ-схем областей источника и цели (source and target domain) на базе различных видов поэтического осмысления с помощью лингвокогнитивных операций картирования (mapping) и лингвокогнитивных процедур расширения, обобщения, перспективизации, компрессии, сталкивания, комбинации и интертекстуализации [20; 22; 27; 29].

СПО как трехмерная величина гибко изменяет свои контуры в зависимости от когнитивных и языковых операций, доминирующих в формировании образа, от вида поэтического мышления, предопределяющего характер и направление картирования. В когнитивной лингвистике картирование понимается как проецирование структур знания с одной концептосферы на другую, как аналоговое картирование признаков и свойств сущностей области источника на онтологически родственные сущности области цели [21; 23, p. 260–264; 25, p. 12–18].

Помимо аналогового выделяем и другие виды картирования, разграничивая концептуальное (аналоговое, субститутивное, контрастивное, нарративное) и языковое (конструктивно-творческое). Каждый вид картирования воплощает тот или иной вид поэтического мышления. Так, в основе аналогового (атрибутивного, релятивного и ситуативного) картирования лежит аналоговое поэтическое мышление, позволяющее проецировать признаки, отношения и события одной области образа на другую: “The shoots green as paint and leaves like tongue (Logan). Субститутивное картирование понимается как замещение целого частью, одной структуры знания иной в ходе реализации ассоциативного поэтического мышления: “There’ll be many a dry eye at his funeral (Sandburg). Парадоксальное поэтическое мышление служит основой контрастивного картирования [3, с. 188–190; 24], вследствие чего одна область знания сталкивается или перекрещивается с другой: “My father moved through griefs of joy (cummings). Нарративное картирование рассматривается как проецирование сюжета или мотива художественного произведения, исторического или обыденного события жизни на содержание поэтического образа путем их переосмысления в ходе параболического или эссеистического поэтического мышления [12, с. 77; 29, с. 253–289]: “She stared at him in a Et-tu-Brutus look (Snyder). И, наконец, конструктивно-творческое картирование трактуется в работе как обыгрывание потенциальных синтагматических и парадигматических свойств языковых единиц путем их проецирования на семантико-синтаксическую структуру СПО [3, с. 178–207]: “Не sang his didn 't and danced his did” (сummings).

Механизмы создания новизны СПО обнаруживаются путем выявления лингвокогнитивных процессов, операций и процедур, которые обеспечивают их формирование и функционирование в стихотворном тексте.

Формирование нового вида СПО – метаболы – вызвано тенденциями стихотворной речи к конвергенции, которая выражается в концентрации тропов и активизации стилистических фигур в пределах определенного отрезка поэтического текста, и дивергенции, проявляющейся в рассредоточении образов по всей ткани поэтического текста, в лишении образа предметно-чувственной конкретности [3, с. 94].

Особенности СПО американской поэзии постмодернизма детерминированы господствующими художественными принципами этой эпохи, такими как антропокосмизм, децентрация структуры текста, эклектичность и фрагментарность в отображении мира, деконструкция [6, с. 24; 8, с. 214, 222, 225, 235]. Художественные приёмы модернизма (коллаж, пастиш, игра, пародия, ирония) приобретают в постмодернизме новые качества, благодаря развитию эссеистического поэтического мышления. Последнее понимается как “мышление в разные стороны”, вследствие чего фрагментарность и эклектичность описания придают тексту панорамность его восприятия [17, с. 12, 84, 91, 375]. В этом исследовании эссеистический вид поэтического мышления трактуется как процесс поэтического осмысления реального или возможного мира, в результате которого путем индивидуально-творческого преломления свойств и признаков привычных предметов, явлений и событий жизни создается новый ракурс их видения или новый образ. Эссеистическое мышление предполагает привлечение разных способов художественного освоения действительности.

В американской поэзии постмодернизма эссеистическое и параболическое поэтические мышления обусловили трансформацию метафоры в метаболу, переплетение означаемого и означающего. В стихотворной речи этой эпохи наряду с тенденцией к конвергенции образов прослеживается противоположная тенденция – дивергенция, проявляющаяся в рассредоточении образов по всей ткани поэтического текста, что создает эффект “диффузных эмоций” [30, p. 372], размытой эмотивности текста. Дивергенция трактуется в работе как развертывание образного пространства, ведущее к созданию безгештальтных (gestalt-free), свободных от предметной определенности (thing-free) образов [30, p. 20–21], то есть образов, лишенных конкретно-чувственной явленности, картинности.

Словесный поэтический образ, построенный на метаболе, – это образ, который невозможно разделить надвое, на прямой и переносный смыслы, на описываемый предмет и привлеченное сходство [17, с. 169]. В метаболе два смыслы сливаются, нет сходств и перенесения признаков по аналогии, как в традиционной метафоре. Содержание СПО-метаболы формируется путем интеграции образов, рассеянных по всей ткани поэтического текста. В отличие от параболы, в которой образы сцеплены единой темой, каждый из них является иносказательным выражением предыдущего, в метаболе наблюдается центробежный характер развертывания образного пространства. Каждый образ иррадиирует свой смысл, зачастую прямо противоположный расположенному рядом с ним образу, что создает специфическую эмотивность поэтического текста постмодерна.



В античной поэтике метабола трактуется как сплетение, объединение в одной фигуре видоизмененных тропов и повторов, в результате чего обновляется значение [9, с. 232]. Современная метабола – это целостный образ, неделимый на субъект и объект, но открывающий в себе разные измерения [17, с. 173]

С целью выявления особенностей современной метаболы рассмотрим словесный поэтический образ американской поэтессы, лауреата Пулицеровской премии, Грейс Шульман: “Spending our suns like out-of-date coins, / until we reached the present-perfect tense – that have-been state / where past and future merge [32, p. 197]. На первый взгляд, в этом СПО трудно определить субъект и объект, область-цель (target domain) и область-источник (source domain), поскольку концептуальные схемы в нем переплетены, образуя неразрывный узел из как будто бы переплетенных кореньев, создавая своего рода клубни – ризому [19, p. 74]. Метабола – это образ-загадка. Его энигматичность порождена когнитивным диссонансом, который возникает из-за семантического напряжения, созданного конвергенцией различных стилистических приёмов и экспрессивных средств в одном и том же словесном поэтическом образе: our suns – метонимия, like out-of-date coins – метафорическое сравнение, spending our suns like out-of-date coins – поэтическая метафора, в основе которой лежат концептуальные метафоры и метонимии: LIGHT IS LIFE, SUN IS THE LIGHT Of LIFE, SUN stands for JOYFUL PERIOD OF HUMAN'S LIFE or TIME; TIME IS MONEY. Поскольку названные концептуальные метафоры и метонимия являются базовыми, первичными (primary) в терминологии Дж. Грейди [25, p. 11], когнитивной основой которых являются архетипные и стереотипные концептуальные схемы, входящие в Большую Цепь Бытия (Great Chain of Being) [28, p. 221–223], восприятие первой части СПО не вызывает затруднения. Смысл образа “счастливое и беззаботное времяпровождение” вычленяется путем анализа концептуальной интеграции значений в эмержентной области. Блендинг, то есть слияние денотативных значений лексем sun, out-of-date и coin, осуществляется на основе аналогового и ассоциативного картирования семантических признаков концептов LIGHT, SUN, LIFE, TIME, MONEY. Энигматичность образа создаётся метафорой: reached the present-perfect tense – достигли настоящего-совершенного времени в результате конструктивно-творческого картирования, что обусловливает семантическое напряжение из-за неоднозначности номинативной единицы tense, означающей время в роли существительного, а в роли прилагательного – напряжение. Помимо этого дефисное написание словосочетания present-perfect создает эффект “остранения”, по В. Шкловскому, и, таким образом, ориентирует читателя на лингвокогнитивную процедуру перспективизациипоиска выгодной позиции (vantage point), или ракурса интерпретации, что обеспечивает адекватность трактовки содержания СПО. Осмысление the present-perfect tense через have-been state и соотношение содержания настоящее совершенное время + напряжение + совершенное состояние = непревзойденный, совершенный сегодняшний период жизни с метафорой-метонимией where past and future merge приводит к пониманию содержания have-been state как старости, а отсюда смысл всего словесного образа можно выразить так: старость – это период жизни, когда человек на основе опыта постиг мудрость бытия.

Когнитивным основанием СПО-метаболы, помимо концептуальной интеграции, служит концептуальная амальгама – обмен значений, не смесь, а взвесь, не блендинг, сплав или слияние, а их параллельное сосуществование, что и образует сопричастность текстовых миров. Термин амальгама заимствован из химии, где он используется для объяснения химического процесса, в результате которого образуется суспензия, взвесь жидкости и твердых частиц, которые не растворяются, а пребывают в зависшем, взвешенном состоянии [31, p. 503]. Явление амальгамации подмечено и в других науках, в физике в частности. Этим термином называется сплав ртути с другими металлами [31, p. 504]. Амальгамацией называют способ извлечения металлов при помощи ртути [31, p. 503]. В результате этого процесса поверхность предмета приобретает иной облик. Однако со временем амальгамированный поверхностный слой частично стирается и первозданный материал просматривается. В лингвистику термин “синтаксическая амальгама” ввел Дж. Лакофф, понимая под ним неразложимую, далее не делимую на непосредственно составляющие синтаксическую конструкцию, интерпретация которой неоднозначна [10, с. 365]. В работах Н. Алефиренко амальгамация трактуется как процесс вторичной номинации, ведущий к возникновению сложного, состоящего из нескольких слов косвенного наименования [2, с. 37]. Смысловой спектр такого многокомпонентного знака обусловливается не только сращением нескольких отношений именования в одно (концептуальная интеграция, блендинг), но и взаимодействием различных форм отражения действительности – первичного, зафиксированного в семантике знаков первичной номинации, и вторичного, вызывающего необходимость вторичной, косвенной номинации [2, с. 37]. Иными словами, пояснение нового значения языковой единицы осуществляется сквозь призму уже существующих, известных значений. Семантическое пространство образа понимаем как некий контейнер, в котором происходят различные процессы взаимодействия значений его номинативных единиц.

Графически конфигурацию семантического пространства метаболы с ризомным переплетением образов покажем на рис.1.

Рис.1. Конфигурация семантического пространства



словесного поэтического образа-метаболы Г.Шульман “Spending our suns like...”
Конфигурация семантического пространства метаболы обусловлена конвергенцией и дивергенцией образов, объединённых между собой цепочечными (конвергенция) и радиальными (дивергенция) связями.

Таким образом, словесный поэтический образ, создаваемый метаболой, – это образ, который невозможно разделить на прямое и переносное значение, на описываемый предмет и предполагаемое подобие, это образ сопричастных друг другу миров. Значение в метаболе формируется в процессе сложной перегруппировки денотативних и коннотативных смыслов в семантической структуре СПО. Концептуальная амальгама способствует ризоматическому переплетению смыслов и предопределяет сохранение первичного архетипного смысла и взаимодействие его с новыми.

В свете лингвосинергетического понимания “слово является информационно-энергетическими посредником и одновременно “золотым ключиком” познания общего устройства мироздания, в котором информация и энергия первичны, а материя-сознание – вторичны. Сознание, материя и энергетическая информация сливаются в языке в единое целое, отражая общие закономерности устройства человека, природы, Вселенной. Слово как бы имеет две ипостаси: массу и энергию, материю и энергетическую волну, которые излучают языковые единицы” [11, с. 93].

Дальнейшей перспективой научного поиска может быть сопоставительное изучение когнитивных стилей разных поэтов, выявление культурологических и синергетических особенностей словесных поэтических образов, способствующие очерчиванию культурно-ценностной картины мира в американской поэзии.


ЛИТЕРАТУРА
1. Аверинцев С. С., Андреев М. Л., Гаспаров М. Л., Гринцер П. А. Категории поэтики в смене литературных эпох / С. С. Аверинцев, М. Л. Андреев, М. Л. Гаспаров, П. А. Гринцер // Историческая поэтика : Литературные эпохи и типы художественного сознания. – М. : Наследие. – 1994. – С. 3–38.

2. Алефиренко Н. Ф. Поэтическая энергия слова. Синергетика языка, сознания и культуры / Николай Фёдорович Алефиренко. – М. : Academia, 2002. – 394 c.

3. Бєлєхова Л. І. Словесний поетичний образ в історико-типологічній перспективі : лінгвокогнітивний аспект (на матеріалі американської поезії) : [монографія] / Лариса Іванівна Бєлєхова. – Херсон : Айлант, 2002. – 368 с.

4. Воробьёва О. П. Эмотивность художественного текста и читательская рефлексия / О. П. Воробьёва // Язык и эмоции. – Волгоград : Перемена. – 1995. – С. 240–246.

5. Гачев Г. Д. Жизнь художественного сознания. Очерки по истории образа / Георгий Дмитриевич Гачев. – М. : Искусство, 1972. – 200 с.

6. Гассан І. Чим є постмодернізм і чим він стане? Літературний і культурний аспекти / І. Гассан // Американська література після середини ХХ століття : матеріали міжнародної конференції (Київ, 25–27 травня 1999 року). – К. : Довіра. – 2000. – С. 19–28.

7. Гринцер П. А. Сравнительное литературоведение и историческая поэтика / П. А. Гринцер // Серия литературы и языка. – 1990. – Т. 49. – № 2. – С. 99–108.

8. Ильин И. П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм / Илья Петрович Ильин. – М. : Интрада, 1996. – 256 с.

9. Квинтилиан. Метабола / Квинтилиан // Антология текстов : Античные теории языка и стиля / Сост. О. П. Троцкий. – СПб. : “Алетейя”, 1996. – С. 232–233.

10. Лакофф Дж. Лингвистические гештальты / Дж. Лакофф // Новое в зарубежной лингвистике. – Вып. Х. Лингвистическая семантика. – М. : Прогресс, 1981. – С. 350–369.

11. Манакін В. М. Мова як синергетичний феномен / В. М. Манакін // Нова філологія. – Запоріжжя : ЗНУ, 2007. – № 27. – С. 91–97.

12. Молчанова Г. Г. Имя собственное и слияние концептов / Г. Г. Молчанова // Традиционные проблемы языкознания в свете новых парадигм знания : материалы круглого стола (Москва, апрель 2000). – М. : Институт языкознания РАН, 2000. – С. 75–81.

13. Шаховский В. И. Эмотиология в свете когнитивной парадигмы языкознания // К юбилею ученого : сб. науч. тр., посвященных юбилею Е. С. Кубряковой. – М. : Моск. гор. пед. ун-т. – 1997. – С. 130–135.

14. Шаховский В. И. Эмоции в коммуникативной лингвистике / В. И. Шаховский // Горизонты современной лингвистики : Традиции и новаторство : сб. в честь Е. С. Кубряковой. – М. : Языки словянских культур, 2009. – С. 671–683.

15. Юнг К. Г. Сознание и бессознательное / Карл Густав Юнг. – СПб. : Университетская книга, 1997. – 544 с.

16. Эпштейн М. Н. Парадоксы новизны : о литературном развитии в ХIХ–ХХ в. / Михаил Наумович Эпштейн. – М. : Советский писатель, 1988. – 416 с.

17. Эпштейн М. Н. Постмодерн в русской литературе / Михаил Наумович Эпштейн. – М. : Высшая школа, 2005. – 495 с.

18. Campbell J. The Inner Reaches of Outer Space : Metaphor as Myth and as Religion / Joseph Campbell. – N. Y., Toronto : Harper and Row Publishers, 1988. – 286 p.

19. Eco U. Semiotics and the Philosophy of Language / Umberto Eco. – Bloomington : Indiana University Press, 1984. – 242 p.

20. Fauconnier G. Mappings in Thought and Language / Gilles Fauconnier. – Cambridge : Cambridge University Press, 1997. – 205 p.

21. Fauconnier G., Turner M. / G. Fauconnier, M. Turner. Principles of conceptual integration // Discourse and Cognition : Bridging the Gap / Ed. by J. R. Koenig. – Stanford : CSLI Publications. – 1998. – P. 269–283.

22. Fauconnier G., Turner M. The Way We Think : Conceptual Blending and the Mind’s Hidden Complexities / G. Fauconnier, M. Turner. – N.Y. : Basic Books, 2002. – 440 p.

23. Freeman M. Poetry and the scope of metaphor : Toward a cognitive theory of literature / M. Freeman // Metaphor and Metonymy at the Crossroads. A Cognitive Perspective. – Berlin : Mouton de Gruyter, 2000. – P. 253–283.

24. Gibbs R. W., Jr. Process and products in making sense of tropes / R. W. Gibbs // Metaphor and Thought / Ed. by A. Ortony. – Cambridge : Cambridge University Press, 1993. – P. 252–276.

25. Grady J. Foundation of Meaning: Primary Metaphors and Primary Scenes : Ph. D. dissertation / John Grady. – Berkley : University of California, 1997. – 180 p.

26. Kövecses Z. Radden G. Metonymy : Developing a Cognitive Linguistic View / Z. Kövecses, G. Radden // Cognitive Linguistics. – 1998. – № 9 (1). – P. 37–77.

27. Lakoff G., Johnson M. Philosophy in the Flesh : The Embodied Mind and its Challenge to Western Thought / G. Lakoff, M. Johnson. – N. Y. : Basic Books, 1999. – 624 p.

28. Lakoff G., Turner M. More than Cool Reason : A Field Guide to Poetic Metaphor / G. Lakoff, M. Turner. – Chicago : The University of Chicago Press, 1989. – 230 p.

29. Turner M. The Literary Mind : The Origin of Thought and Language / Michael Turner. – Oxford : Oxford University Press, 1998. – 187 p.

30. Tsur R. Toward a Theory of Cognitive Poetics / Reuven Tsur. – Amsterdam : Elsevier Science Publishers, 1992. – 549 p.

31. Большая Советская Энциклопедия : в 30 т. / Гл. ред. А. М. Прохоров. – М. : Советская Энциклопедия, 1969. – Т. 1. – 608 с.

32. BAP – The Best American Poetry / Еd. by – N. Y., L. : A Touchstone Book : publ. by Simon and Shuster, 1995. – 267 p.


РАВЛИК І МЕТЕЛИК У ВИРІ БУТТЯ:

КОГНІТИВНІ АСПЕКТИ ХУДОЖНЬОГО СИМВОЛІЗМУ
ВОРОБЙОВА О. П.

Київський національний лінгвістичний університет
У статті розглянуто когнітивні механізми набуття художнім символом текстотвірної значущості з огляду на його інгерентні властивості й середовище функціонування. Особливу увагу приділено ролі та функціям символіки равлика і метелика в оповіданні Вірджинії Вулф “Королівські сади” (1919 р.) у контексті динаміки ментальних просторів і виявів різнорівневого іконізму. У висновках запропоновано модель інфраструктури символізму в художньому дискурсі − від мережі текстових символів до глобальної символьної матриці.

Ключові слова: символ, текстотвірна значущість, динаміка ментальних просторів, іконізм.
В статье рассматрены когнитивные механизмы приобретения художественным символом текстообразующей значимости с учетом его ингерентных свойств и среды функционирования. Особое внимание уделяется роли и функциям символики улитки и бабочки в рассказе Вирджинии Вульф “Королевские сады” (1919 г.) в контексте динамики ментальных пространств и проявлений разноуровневого иконизма. В выводах предложена модель инфраструктуры символизма в художственном дискурсе − от сети текстовых символов до глобальной символьной матрицы.


Поділіться з Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Схожі:

Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconВісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія
Прагматичне навантаження силенціальних знаків в англомовному й україномовному художньому дискурсі
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconНавчальний посібник Київ 2010 (075. 8) Ббк ш 141. 14 923 д 462 Т. М. Дячук, В. М. Варенкo Рецензенти
...
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconНавчальний посібник Київ 2011 (075. 8) Ббк ш 141. 14 923 д 462 Т. М. Дячук, В. М. Варенкo Рецензенти
...
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconМиколаївський будівельний коледж Київського національного університету будівництва І архітектури
Миколаївського будівельного коледжу Київського національного університету будівництва І архітектури
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconМиколаївський будівельний коледж Київського національного університету будівництва І архітектури
Миколаївського будівельного коледжу Київського національного університету будівництва І архітектури
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconКонтекстуально-інформаційна модель Київського національного університету імені Тараса Шевченка
Упродовж 2000 року в рамках ндр "Моніторинг та інформаційне моделювання змі" (керівник проф. Різун В. В.) здійснювалося дослідження...
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconПерсональний склад Вченої ради Військового інституту Київського національного університету імені Тараса Шевченка За посадою
Військового інституту Київського національного університету імені Тараса Шевченка
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconФілософське осмислення проблеми тероризму
Фоменко А. М. Філософське осмислення проблеми тероризму //Вісник Національного авіаційного університету. Серія: Філософія. Культурологія:...
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconВісник львівського університету філософсько-політологічні студії
Вісник Львівського університету. Серія: філософсько-політологічні студії. 2010. Вип. 285 с
Вісник київського національного лінгвістичного університету серія Філологія iconПрограма творчих конкурсів київського національного університету театру, кіно І телебачення імені І. К. Карпенка-Карого
Київського національного університету театру, кіно І телебачення імені І. К. Карпенка-Карого


База даних захищена авторським правом ©biog.in.ua 2017
звернутися до адміністрації

    Головна сторінка